Выпуски журнала

ИНТЕРВЬЮ С МАСТЕРОМ ПЯТОГО ПОКОЛЕНИЯ ШКОЛЫ «ДЖУК ЛУМ» СТИЛЬ «ЮЖНЫЙ БОГОМОЛ»

Опубликовано: 2019-02-10 01:09:37


 

Что из себя представлял процесс тренировок в монастырях?

– Прежде всего, вы должны быть очень терпеливым. Никто даже не упоминал вначале, что приступаешь к изучению Кунг Фу. Первое, с чем мы соприкасались, как ученики, наверное, было развитие чувствительности. Перед каждым занятием была достаточно длинная медитация, помогающая расслабиться, затем мы делали упражнения по обострению всех пяти сенсорных чувств. В конце практики ученики опять возвращались к медитации. Многие упражнения мы выполняли с закрытыми глазами. Нас учили распознавать растения, благовония, зверей только по их запаху.

Можно предположить, что для практического применения в боевых искусствах такое умение необходимо для определения врага по запаху на расстоянии или в темноте. Имело ли это ещё какой-то практический смысл.

– Да, конечно. Монахи могли определить отдельные ингредиенты травяных смесей в готовых медицинских препаратах. Да и на кухне при приготовлении пищи такой навык был не лишним. Также, в большинстве помещений монастыря не было никаких приспособлений для определения времени. Каждый час зажигалось определённое благовоние в виде тлеющей палочки – так мы узнавали время.

Очень интересно. А были ли какие-либо упражнения для развития слуха?

– Наши учителя были очень изобретательны. Я помню, как несколько человек сидело на полу с завязанными глазами, в кругу монахов. Когда один из них подавал какой-нибудь звук, мы должны были точно указать на его источник. Аналогичная практика была, когда монахи роняли на пол какой-нибудь предмет. Ученик должен быть определить место его падения и назвать его. Нас учили слышать звук падающей рисинки на пол. С завязанными глазами мы должны были сказать, какая часть лезвия меча ударяется о другое оружие.

Очевидное использование такого навыка – это определение неожиданной атаки, особенно угрозы сзади. Можно как-то ещё воспользоваться этим умением?

– В скоротечном бою с использованием холодного оружия слух часто дополняет зрение, которое не успевает реагировать на происходящее. По звуку боец может определить, какие части оружия столкнулись между собой. Во время Японско-Китайской войны этот навык помогал определять врага в темноте, избегать пуль и осколков.

Несмотря на неоценимую помощь хорошо развитого слуха и зрения, всё-таки техника рук стояла на первом месте. Были ли в монастыре какие-то занятия по развитию чувствительности в руках?

– Мы сидели на стульях с партнёром друг напротив друга с завязанными глазами. Самое простое упражнение было держать руки перед собой ладонями вверх. Партнёр начинал давить их своими ладонями вниз. Задача была двигать руки по направлению усилия партнёра, и, уступив ему перевернуть ладони так, чтобы они оказались поверх его ладоней. Важно было держать постоянный контакт, не опережать действий партнёра.

Я полагаю, что это упражнение учило вас расслабляться и не сопротивляться усилиям партнёра.

– Это верно. Всё выглядело, как наивная детская игра, но так закладывался один из фундаментальных принципов ведения боя. После освоения этого простого упражнения, направления движений рук становились произвольными, ритм непредсказуемый. Тоже самое мы делали с ногами. Другие части тела также приучались адекватно реагировать на толчки и пинки.

Всё это вы практиковали сидя на стульях?

– Конечно нет! Сидение на стульях нужно было только на первых порах, чтобы избежать ненужного напряжения из-за плохих стоек. Позже мы стояли на одном месте на ногах, а в дальнейшем, свободно двигались. Было интересно в конце, когда с закрытыми глазами мы толкали друг друга в ограниченном пространстве. Используя только свои ощущения, надо было нейтрализовать усилия партнёров, приходящие со всех сторон, перенаправив энергию толчков и пинков обратно к их источникам.

Знали ли, что Вы делали и для чего? Кто-то объяснял вам смысл занятий и его цель?

– (Смеётся). В целом, какие-то объяснения или раскрытие сути практики не давались никогда. Ты просто делал то, что тебе показывали, повторял тысячи раз, пока смысл не открывался тебе сам через технику, которую ты практиковал. У тебя не было выбора, потому что новое показывали после твёрдого усвоения предыдущего материала. Словесные объяснения были исключены. Это американский путь обучения – раскладывать всё по полочкам. Да и в современном Китае сейчас «телегу запрягают перед лошадью». В Кунг Фу часто невозможно объяснить смысл. Он приходит только через ощущения.

Мастер, после того, как чувствительность тела была развита, вы переходили к изучению боевой техники?

– Не так быстро. Следующим разделом было расслабление каждой части вашего тела, каждой клеточки. Параллельно нас учили стоять на ногах. Это не так просто, как кажется. Нам говорили, что прежде, чем ходить – надо научиться стоять. Простая техника ударов и защит шлифовалась до состояния, пока ученик могут выполнить её с большим вложением силы на месте. Только после этого технику учили в связках и комбинациях.

А что насчёт оружия?

– Все виды классического холодного оружия были изучены, начиная с простой палки. Однако, сначала ученик должен был показать хорошее владение техники невооружённых рук. Это сейчас можно увидеть, как после года тренировок люди хватаются за оружие, не научившись толком стоять и передвигаться на ногах! Многие инструктора демонстрируют формы с оружием, но это только жонглирование для публики. Размашистые амплитудные движения – это не то, как работает оружие. У этих людей нет владения «короткой энергией».

Вот мы и добрались до автографа вашей системы, известного, как «короткая энергия». Можно понять практическое применения этого принципа в ударах и защитах на очень короткой дистанции, но как это переложить на оружие?

– Никакой мистики. Есть только один секрет – терпение. Перед тем, как мой учитель показал мне первую форму с оружием, я разрезал лимоны, картофель, крошил арбузы в течение шести лет. Не забудьте, что я помогал на кухне монастыря, так что совмещал полезное (мою практику) с необходимым. В монастыре все работали.

Теперь понятно, почему каждое ваше движение выглядит рациональным и мощным. Вы правы, сейчас многие приходят практиковаться Кунг Фу один или два раза в неделю по часу-полтора. Через шесть лет они считают себя мастерами и открывают свои клубы. Где здравый смысл этих людей? Может ли человек стать профессором за шесть лет, посещая университет два раза в неделю по часу? 

– Я полагаю, что в своём большинстве, старые Мастера были сильнее современных. Я так думаю не потому, что утеряны какие-то секретные техники и методики.  Просто есть объективные причины. Современная жизнь не располагает к занятиям Кунг Фу. Большинство людей озабочено теми проблемами, которые на них возложены: карьера, финансы, семья. К тому же, вокруг столько разных развлечений, которые отвлекают людей. Когда я был маленьким мальчиком, в нашей деревне не было ни радио, ни телевидения. Книги были редкостью и большой ценностью. Люди не испытывали такого постоянного давления ответственности за их работу, как сейчас. Поэтому я мог практиковаться целый день. Кстати – Кунг Фу для нас было частью тех небольших развлечений, которые были доступны.

А что ещё вы изучали в монастыре кроме Боевого Искусства?

– Монахи прекрасно понимали опасность преподавания только той части Кунг Фу, что относится к Янь (собственно боевой практики) без обучения другой части Инь (включающей медитацию, китайскую медицину, искусство и прочее). Они формировали хорошо образованную личность, а не машину для убийств. Как правило, монастыри были удалены и изолированы от светского мира. Община обслуживала себя сама буквально во всём. Было важно знать медицину, чтобы оказывать помощь больным, быть осведомлённым в искусстве приготовления пищи, писать и читать, чтобы изучать старые книги, знать основы архитектуры, чтобы строить храмы и жильё.

Не приводили ли каждодневные занятия Кунг Фу к умственным и физическим расстройствам и перенапряжениям.

– Нужно признать, что ученики в монастыре отличались от большинства учеников современных коммерческих школ. Они были сделаны как будто из другого материала. Начнём с того, что попасть в монастырь было непросто. Прежде, чем взять ребёнка на обучение, старшие монахи наблюдали за ним некоторое время. В основном, присматривались к его характеру. С самого начала там не было случайных людей. Ведь Кунг Фу – не для всех. Это не тот товар, который можно купить за деньги, как думают сейчас. Так вот, ученики ничего не платили за обучение и не ожидали, что могут приобрести свой прогресс в Кунг Фу за деньги или каким-то другим путём. Они занимались с открытым сердцем, не ожидая ничего взамен. Новая техника показывалась только после того, как наставник был полностью удовлетворён выполнением предыдущей. Сначала это было, как игра, для нас детей, а позже, повзрослев, мы ощутили некоторую любовь к Кунг Фу. Нет, правильнее сказать привязанность. Для нас практика стала длинною в жизнь. Перед глазами был хороший пример: мы видели, что даже наши старые наставники продолжают учиться. Поэтому я не помню, чтобы даже тяжёлые тренировки приводили к какому-то эмоциональному срыву. Были ученики посильнее и те, у кого не всё получалось удачно, но общее ощущение было, как будто мы одна большая семья.

Вы упоминали, что в монастыре не использовалась никакая градация по рангам или старшинству, а была ли иерархия среди Наставников?

– Все ученики разделялись на обычных учеников и приближенных к Мастеру учеников. Бойцы не имели никаких знаков отличий – цветных поясов или нашивок. Каждый знал, какой уровень техники он мог делать. У нас был только один Мастер. Все остальные инструктора помогали нам добровольно, только потому, что они любили Кунг Фу и чувствовали ответственность перед общиной. Когда Мастер «складывал руки», то есть уходил на пенсию, он назначал своего преемника. Существовал ещё «теневой» Мастер, существование которого держалось в строгом секрете. Никто не знал его имя. Никто не видел, чтобы он тренировался или учил кого-то из учеников. Это мог быть повар на кухне или служка, следивший за чистотой во дворе, обычный человек, мимо которого мы проходили сто раз в день. Такая секретность была вызвана предосторожностью для сохранения стиля и школы. Если действующего Мастера неожиданно убивали, то система и школа не исчезали, так как «теневой» Мастер был готов взять на себя всю ответственность.

Сколько стилей Вы изучали в монастыре? Больше, чем один?

– Нет. В действительности, о названии стиля никто даже не упоминал до определённого момента. Изучить даже один стиль полностью как систему сложно за одну человеческую жизнь. В современных коммерческих школах можно увидеть невероятное. Инструктор 20–30 лет преподаёт одновременно 5–6 стилей одновременно!? Ученикам это нравится. Они считают, что изучают много стилей сразу. (Смеётся). Это напоминает мне одну старую притчу. Молодой пастух хотел сделать своих коров в стаде пожирнее как можно скорее. Увидев зелёные лужайки на одной горе, он погнал своих коров туда, однако, оказавшись на этом месте, он увидел ещё более привлекательную зелень на другой горе. Так он перегонял своих животных с места на место, завидев, как ему казалось, более сытное пастбище. Спустя некоторое время он очень устал, присел на землю и увидел, что его коровы стали совсем худые.

Продолжение следует

Записано: Мартин Айзен
Перевод с английского и адаптация: Игорь Мессинг       
Headquarter “KSJLSPM” St.Paul, MN USA